«Примерно так всё для нас и закончится. Руины, пепелище, кровь».

Килге верил Юха Бах. Император, бог, король — все титулы принадлежат лишь ему. Юха Бах — их надежда на лучший мир, тот, кто поведёт их к самой вершине. Король, строящий вечную Империю. Следовать за ним беспрекословно, не задумываясь — само собой разумеющееся. Он их будущее. Разве есть место сомнениям?

Юха Бах знает, что делает. Килге в нём и не сомневается, хоть и понимает, что ни одна империя не будет жить вечно. Рано или поздно даже великих настигает трагедия. История показывает, что чем ярче рассвет, тем сокрушительнее закат. Но он старается не думать о последствиях, ведь сомневаться в Императоре — преступить собственную веру, сомневаться в самом себе. Юха Бах умнее их всех вместе взятых, уж он точно знает, что делает.

Размах Лихтрейха поражает. Настоящая Империя, завоёвывающая земли. Война, вскармливающая спящего зверя. Не так давно Юха Бах лично подобрал юнца, слухи о котором разбежались среди квинси. Пойманная в ледяных стенах замка канарейка, которая выглядит так, будто он здесь пленник, а не почтенный, самый близкий к Императору, тот, кого он искал. Килге был бы вне себя от радости, стань он таким.

Но эта честь выпала Юграму, пускай он этим теперь лакомится. Юха Бах лично его подобрал. А у него такой вид, будто у него лично случилась трагедия.

И мечом он размахивает… относительно неплохо. Только Килге — ещё весьма молодой, едва повидавший то, что происходит за границами их стальной Империи — отчётливо видит проступающие наружу эмоции. Кто же так делает? В любом деле нужно избавиться от эмоций и неважно, что это: тренировка, заполнение отчётов… или настоящее сражение. Это Килге уяснил в первую же свою выездку за границу, столкнувшись со смертью соратников. Сохранить холодный, здравый ум, точность движений и равнодушие — золотое качество. Максимум, что можно, возможно, позволить адреналину взять вверх и разгореться настолько, что от приблизившейся смерти азарт начнёт пробирать жаром. Но и эту садистскую радость нужно уметь контролировать.

А Юграм мало того, что не замечает блёклую тень, скользнувшую за ним к этому самому чистому клочку территории в тишине и покое, так и не слышит аккуратных шагов. Делает разворот… А затем его меч сталкивается с клинком, который Килге резко вырывает из ножен и которым закрывается, блокируя удар.

Взгляд насмешливо сощуривается. Тонкие губы тянутся в холодной улыбке. Поприветствовать его, что ли?.. Да нет, лучше посмотреть, что он сделает дальше. Вдруг атакует.

Он неопытный. Килге с лёгкостью читает это по его лицу. Глаза, небесно-голубые, сначала вспыхивают на мгновение от столкновения стали со сталью. Полузамах. Ответить? Ринуться вперёд?

— Вы порядком рисковали…

Голос чистый, прозрачный. И до этого показавший отблеск взгляд вновь становится пустым, по крайней мере, Килге кажется, что он таким стал. Килге приоткрывает рот, собираясь с ответом, следом опускает саблю… да только следующей атаки нет. Килге даже не успевает ответить! Подумаешь, он вышел, заинтересованный, что это за мальчишка такой, обмазавшийся вниманием Императора. Килге сжимает рукоять сабли покрепче, следом поджимает губы и прослеживает ледяным взглядом за уходящим Юграмом.

Ну нет, так дела не делаются.

— Тебя кто-то обидел? Или тебя не устраивает здешняя холодная архитектура?

Юграм может обернуться. Может обернуться и увидеть вновь любезную полуулыбку Килге, который скучающе-ленивым движением прячет саблю обратно в ножны. Может увидеть, как Килге спокоен, и что хотел бы он поиздеваться над канарейкой, уже так или иначе помучил бы её. Может разозлиться, может сказать что-то ещё…

А может пойти дальше. Возможно, Килге придётся идти за ним, но пока что он наблюдает. Изучает. Следит за тем, какой Юграм, прощупывает его, пытаясь угадать, действительно от него можно ждать чего-то «выдающегося», или Его Величество, скажем мягко, ошибся.

Юграм выглядит как принц. Деталей его жизни Килге не знает. Слишком много работы, чтобы уделять внимание сплетням и скользким разговорам. Слышал что-то о пожаре где-то там, о разрухе, о том, как знатно Хьюберта вывело из себя поведение одного бродяжки со странной причёской... не это ли был друг Юграма? Ах, неважно. Вся знать любит показывать себя с идеальной стороны, выпячивать наружу гордость и ждать, пока за ними побегают, поупрашивают. У Юграма черты аристократа.

Килге надеется, что бегать не придётся.

Отредактировано Quilge Opie (2026-03-19 04:36:09)

Взгляд Килге — точный выстрел. Обычно именно так он на всех и смотрит, взращённый в строгости и важности, с прямой осанкой и тонко поджатыми губами, что окончательно добивает его собеседника холодным предчувствием опасности. Или стыда за себя. Килге умеет производить должное впечатление одним лишь взглядом. У него были хорошие наставники. Бывают разве что единичные случаи, когда Килге только-только проснулся, хорошо поел, выпил… ах, как давно он не отдыхал. Поесть бы чего-нибудь сытного, вроде классического мяса или хорошо приготовленной рыбы. И потом запить всё обычным пивом. А следующий день провести в кровати, валяясь под одеялом, как самый настоящий лентяй.

В ближайшее время, видимо, не отдохнёт.

Килге спрятал саблю, но на её рукояти оставляет ладонь. Сжимает едва-едва, раздумывая над своим ответом, а заодно и изучая Юграма. Прощупывая его. Нагло высматривая в нём уязвимости, разрезая, как палач пленника-недоноска в вонючей душной камере.

И слабостей в Юграме как вшей у заключенных преступников. Ну и ну! Над этой канарейкой ещё работать и работать… И первое, что бросается в глаза, его эмоции. Лежат как на поверхности.

Скоро хлынет дождь. Килге приподнимает ладонь, глядя на хмурое небо. Тучи недовольные, сгущаются друг с другом, да и ветер уже неприятный. Мерзкий и сырой.

— Пойдём со мной. Я дам тебе пару дельных советов и покажу, как можно ещё улучшить твою технику.

И на этом Килге, чей голос совершенно ровный и даже терпеливый, отворачивается от Юграма, решая направиться обратно в замок. Ну не будет же он продолжать стоять под собирающимся дождём в ожидании… чего-то?

Отредактировано Quilge Opie (2026-03-27 00:12:23)

ᅠᅠНастанет день, когда этот «воробушек» превратится в птицу более высокого полёта. Настанет день, когда у него появится миллион обязанностей и тонна ответственности сверху вишенкой на торте. За силой идёт ответственность, за властью — рамки и правила, все мы об этом слышали слишком много раз.

ᅠᅠЮграма ждёт долгий и тяжёлый путь. Выдержит он? Это уже завлекает интересом и оживляет заскучавшую внутри Килге горечь. В этом месте не так печально и тоскливо на самом-то деле.

ᅠᅠНа кое-что можно сделать ставки.

ᅠᅠКилге останавливается под каменным навесом. Начинающийся дождь, пока ещё мелкий, постукивает по листьям стоящих поодаль деревьев. Пока ещё потихоньку, не обрушившись ливнем, барабанит весь период тишины, пока Килге, обернувшись, снова рассматривает Юграма. Скорее для атмосферы, чем о чём-то думая.

ᅠᅠДля себя он уже всё решил. А как насчёт Юграма? Пора ему уже научиться понимать, что лучшее, что он может сейчас сделать, это совершать правильные выборы и пожирать опыт, который ему дают. Какая-то часть будущего, пожалуй, зависит и от него самого.

ᅠᅠ— Потому что печально видеть, как наследник Его Величества так… «размахивает» клинком, — сдерживается в словах Килге, усмехнувшись. — Да и хочется отличиться среди всех. Пока одни остерегаются тебя или обсуждают за спиной, я пойду на прямой контакт. Разве не здорово?

ᅠᅠХотел Юграм честности — пусть её получит. В этом мире мало что делается просто так. Особенно со стороны незнакомых лиц. Особенно, если эти лица не простые квинси. Так уж сложились порядки в их Империи, где взаимоотношения надо строить на выгодной почве. Иначе никак, и Килге к этому обычаю уже привык.

ᅠᅠГрустно, но что поделать.

ᅠᅠКилге кивает в сторону. Не предлагает, а уже мягко напоминает, пока рядом пробегает прохладный ветер:

ᅠᅠ— Идём. Мне незачем тебе вредить.

ᅠᅠОн же не самоубийца.

Отредактировано Quilge Opie (2026-03-31 18:38:26)

ᅠᅠВряд ли Килге может смотреть «не покровительственно». Привычка, въевшаяся за долгий период обучения желторотых штернриттеров. Взгляд сверху вниз, вальяжно-ленивая улыбка, полуприкрытый взгляд. Юграм не стал исключением.

ᅠᅠДаже если он избран Императором как… вторая половинка. Подумать только. Вторая половинка. Килге, когда услышал это впервые, невольно засмеялся, благо это случилось даже близко не к замку. Изумительное словосочетание для своего наследника.

ᅠᅠИзумительное и странное.

ᅠᅠЮграм, конечно, вырастит. Станет сильным, это очевидно, как ясный день, который обязательно наступит завтра, вытесняя поганую пасмурность. И теперь уже не на Юграма будут смотреть сверху вниз, а он сам будет так смотреть, прекрасно зная своё место в этом прожорливом мире.

ᅠᅠА Юграм всё говорит и говорит. Не сказать, что Килге это утомляет. Порой среди штернриттеров находились такие кадры, что начинался настоящий экзамен на терпение и проверку собственных нервов. Но зря Юграм так сопротивляется и топорщится, будто Килге только появился, а уже испортил ему всю жизнь. Да, шкурный интерес, чего греха таить, никто в этой Империи не святой. Как же благо? Будет столько благ, что Империя будет гореть ещё ближайший век, пусть Юграм не нервничает.

ᅠᅠОднажды он погрузится в это змеиное гнездо так глубоко, что удивится: святых, непорочных и честных здесь почти что нет. За очень-очень редким исключением, коим Килге не является.

ᅠᅠ— Советую тебе отринуть эти упаднические мысли, как и настроение, — осторожно замечает Килге, улыбнувшись самым краем губ; слабо-слабо, незаметно, только глаза щурятся. — Если захочешь, могу показать, как умело я способен испортить чью-то судьбу.

ᅠᅠВот так просто. Килге отворачивается с шорохом накидки и ступает в тень помещения, укрываясь от непогоды.

ᅠᅠ— Килге Опи, этого для тебя пока что достаточно. Неужели Его Величество действительно назвал тебя своим наследником? А что с тем мальчишкой? Тот, который… уже успел отличиться перед Хьюбертом.

ᅠᅠЮграм должен знать, о, наверняка он знает. Самоуверенный выкидыш Баззарда — иначе это не назвать, Килге моментально пронимает жаркий стыд от самого факта случившегося — многие запомнили надолго. Как и выбор Императора.

ᅠᅠПропускать мимо раздражающие вещи — необходимый навык. Талант, можно сказать, которого многие лишены. Килге сразу это уяснил, когда отправился на обучение. Дисциплина важна везде. Делать нужно то, что от тебя требуют, и не потому, что лицам вышестоящим и гордым в голову ударила дурь. Сказали перекопать периметр? Берёшь и копаешь, не задавая вопросов, потому что так надо.

ᅠᅠЭто всё то же воспитание. Умение держать себя в руках и контролировать себя вплоть до хода мыслей, которые всегда в такие моменты начинают покрываться колючками и лаять в голове, перебирая самые разные ругательства. Килге вынес много полезного из обучения и, что ещё важнее, проработал ошибки.

ᅠᅠУгроза… Как же у Юграма чешутся кулаки. Ничего, пусть немного потерпит, Килге даст настоящую свободу его запрелому гневу совсем-совсем скоро. Ему самому интересно посмотреть, что он из себя представляет.

ᅠᅠДа только всё в Юграме сочится наружу. Попытки огрызнуться, «подойдите и спросите». Не хочется. Хочется узнать всё лично из первых рук. Из первых уст. Глубокий вдох, слишком — ну правда, слишком — ровный голос. «Вам незачем это знать». Это правда. Только Хьюберт такую сцену устроил, высказывая во всех красках всё, что думает, что не обращать внимания просто невозможно. И так до отвращения скучно и тоскливо. А тут такой эмоциональный всплеск.

ᅠᅠ— Либо этот несчастный и правда силён, либо он в глубоком отчаянии, раз решился на такой номер, — усмехается Килге и проходит в просторный каменный зал, занесённый пылью в углах. Тут и там стойки с мечами, луками, копьями. Оружие, которое пригодно разве что для разминки. — Мне бы не хватило самоуверенной дури в голове, чтобы залаять на штернриттера.

ᅠᅠНе насмешка, не ирония. Всё честно. В этом, пожалуй, и недостаток Килге. Слишком сильно его вымуштровали. Но зато он высоко взберётся такими темпами.

ᅠᅠКилге, глянув через плечо, коротко кивает в центр зала.

ᅠᅠ— Я вижу, ты очень хочешь меня… побить. Могу дать тебе такую возможность.

ᅠᅠИ вот теперь улыбка. А какая именно — ядовитая, предвкушающая или совсем-совсем капельку доброжелательная — решать уже самому Юграму. Все карты ему в руки.